Размер шрифта:
+
Цвет сайта:
Изображения:

Нужна работа над ошибками

01 апреля 2010
217-й Федеральный закон много где упрекают за несовершенство, а в Томске с ним так упорно работают, что город даже попал в тройку лидеров страны по созданию при вузах и научных институтах малых инновационных предприятий (МП). И, отчитавшись, процесс не собираются тормозить. Как выразился президент ТУСУР Анатолий Кобзев, «причина в том, что здесь сама среда – интеллектуальная собственность – подпирает. В области за год регистрируют до 500 патентов. Инфраструктура для развития инновационного дела есть, надо только немного добавить и кое-что подправить…»

В игру «Замри!» бизнесу играть бессмысленно 

Как известно, каждый народ имеет то правительство, которое заслуживает или, говоря современным слогом, ту власть, что выбрал и воспитал. В ряде областей заявленный как участник конференции губернатор не приходит и даже не присылает заместителя отметиться в президиуме, в других первое лицо и его вице жизни территории не представляют без университетов и научных структур. К таким относится Томская область. Хотя действия любого начальства ученые тут рассматривают пристально. Но, анализируя происходящее критически, предлагают, что сделать ради перемен к лучшему. Причем, как в своем городе, так и в целом по России. «Модернизация экономики» и «модернизация образования» для них - взаимосвязанные понятия, даже, если скрепой тут служит 217-й Федеральный закон.

Не проспи!

Закон много где упрекают за несовершенство, а в Томске с ним так упорно работают, что город даже попал в тройку лидеров страны по созданию при вузах и научных институтах малых инновационных предприятий (МП). И, отчитавшись, процесс не собираются тормозить. С чего бы так?

Как выразился президент Томского университета систем управления и радиоэлектроники (ТУСУР) Анатолий Кобзев, «причина в том, что здесь сама среда - интеллектуальная собственность - подпирает. В области за год регистрируют до 500 патентов. Инфраструктура для развития инновационного дела есть, надо только немного добавить и кое-что подправить…».

Тему эту обсуждали везде, где довелось побывать за последнюю томскую командировку. Запомнилось совещание утром 25 февраля в кабинете вице-губернатора Владислава Зинченко. Народа, представлявшего вузы и НЦ РАН и РАМН, собралось больше дюжины человек. Каждый университет доложил, сколько и каких МП создано, что еще ждать до конца года. Получилось: к декабрю 2010 благодаря ФЗ №217 организуют порядка 40 малых предприятий. Главное только, чтобы выжили, состоялись.

Как их можно поддержать?

Именно ради ответа на этот вопрос и собрались. Инициатором встречи выступила администрация области. Накануне 23 февраля на сайте Министерства экономического развития и торговли появилось объявление, что оно выделит порядка 2 млрд. рублей на мероприятия, которые регионы проводят в поддержку малого инновационного предпринимательства. Точнее, «добавят» на 1 рубль областных затрат 3 рубля федеральных, если увидят, что дело того стоит. Естественно, на условиях конкурса.

В администрации Томской области быстро прикинули, что Минэкономразвития могут заинтересовать мероприятия областной программы по конкурсу инновационных проектов и проведение маркетинговых исследований по перспективным для мирового рынка продуктам. Может быть, деятельность бизнес-инкубаторов... Если заявку примут в полном объеме, то до конца марта появится шанс рассчитывать дополнительно к своим на 240 миллионов рублей. Конкурсы тогда станут гораздо привлекательнее, а можно будет реализовать более существенные инновационные проекты, имеющие значимость для Томской области.

Вторая новость, о которой сообщил Александр Пушкаренко, возглавляющий Комитет по науке и инновационной политике администрации Томской области, напоминала о Российской венчурной компании. Она готова поддержать МП (не старше трех лет отроду) в объеме не более 35 млн. рублей на одно предприятие. Заявку следует подавать через фирмы- партнеры РВК в Томской области.

Третий вариант поддержки МП - Министерство образования и науки обещает 1 млрд. рублей для только что созданных МП. Как это будет происходить и когда, пока не известно, важно не проспать момент подачи заявок на этот конкурс. Во всех случаях администрация готова оказать консультации по оформлению документов.

От надежд плавно перешли к проблемам. Главной для всех оказалась невозможность передать в аренду МП технологическое, аналитическое и прочее оборудование, хотя первой занозой, конечно, назвали необходимость в своем же вузовском бизнес-инкубаторе предоставлять площади только что созданному МП, часто студентами организованному, согласно требованиям Госимущества, то есть по конкурсу и коммерческой цене. «Ну почему в Израиле можно по-другому? - воскликнул Александр Шелупанов, проректор по науке ТУСУР. - Я беседовал с одним предпринимателем, чья фирма успешно выросла в теплице (так там зовут бизнес-инкубатор) и когда пришло время выходить на рынок, ей дали статус «доверенного предприятия». То есть государство ей и дальше предоставило льготы: на 10 лет освобождение от налогов. Спрашиваю: так в чем все-таки секрет успеха? Отвечает: всего четыре фактора нужно - деньги, деньги, деньги и идея. Причем именно в такой последовательности».

Хмыкнув, мол, «здесь у нас климат иной», томичи вернулись к своим реалиям и заговорили, что как залог успеха хорошо бы добиться разрешения наукоемким МП пользоваться лицензиями и соответствующими их специализации свидетельствами на право выполнения работ, полученными вузом. Если малым фирмам самим их получать, то выходит слишком накладно и очень долго - практически нереально. А будет разрешение - тут же на базе наукоемких технологий еще много МП появятся.

Так же надо узаконить право вузовских МП, выходя на тендер или битву за госзаказ, опираться на доброе имя учредителя (квалификацию, опыт работы). Тогда малые предприятия увереннее себя чувствовали бы на рынке услуг. Кстати, подобную практику использовали при выборе резидентов для ТВЗ. В то время у фирм-претендентов еще не было историй успеха, но комиссия, рассматривая заявки, учитывала опыт учредителей.

«Замри!» значит «умри»?

В целом про 217-й сказали: несовершенный, но долгожданный, позволяет работать с интеллектуальной собственностью, защищать интересы разработчика от кабальных условий инвестора.

Правда, проректор педуниверситета, только начинающего входить в воду инновационного бизнеса, признался, что «от необходимости оценивать интеллектуальную собственность бухгалтерские службы поначалу в шоке были».

- Тут важно не переборщить в амбициях, - проговорил сидевший рядом со мной проректор ТУСУР. - Завышать стоимость нельзя, сами измучаются и фирмы погубят».

Смысл реплики я поняла, приехав в этот вуз, где народ накопил большой опыт создания предприятий еще до выхода ФЗ №217 и быстро сумел распознать сильные и слабые стороны документа. А распознав, сформулировал внятные предложения по совершенствованию. Излагать их президент вуза Анатолий Кобзев начал как раз с… переоценки интеллектуальной собственности:

- Надо снять требование при регистрации фирмы отдавать вузу блокирующий пакет акций. Зачем университету за интеллектуальную собственность получать долю более 33 процентов? Это же обуза! Взял блокирующий пакет - изволь принимать все решения, отвечай за успех или провал начатого дела. А вуз - государственная структура. Страшно неповоротливая, находящаяся под конкурсными производствами, под проверками Контрольно-ревизионного управления, так как получает бюджетные деньги. И если вуз - учредитель частной фирмы, то КРУ и ее проверяет досконально.

Для пользы дела это абсолютно лишнее. У ТУСУР более сотни фирм. И за исключением 12 последних, созданных по ФЗ №217, нигде мы соучредителями не являемся. Фирмы входят в УНИК (учебно-научно-инновационный комплекс). А внутри университета, на наших площадях создают либо отдел, либо Научно-исследовательский институт (сейчас только НИИ в вузе шесть) и обеспечивают их заказами по хоздоговорам. Благодаря этому диполю отношений мы зарабатываем десятки миллионы рублей в год. Интерес вуза: имеем доступ к современному оборудованию через хоздоговоры. Накладные расходы в этих заказах, например, приносят вузу приличные суммы. В целом получаем в год до 200 миллионов рублей на развитие университета. Интерес фирмы: имеет доступ к интеллектуальным ресурсам вуза (преподаватели, аспиранты) и молодым кадрам.

- За все годы существования в этих 105 фирмах создано рабочих мест - 1500, гарантированных для наших выпускников, хорошо оплачиваемых, - уточняет решивший принять участие в разговоре ректор вуза Юрий Шурыгин. - И внутри университета в таких НИИ и отделах работают еще 500 человек. Не нужны вузу 34%, хватит трех-четырех. По крайней мере, в Стэнфорде (Силиконовая долина) интеллектуальное участие университетов учитывается именно в 3-4%. Оценивают со всеми ОКР, дополнительными исследованиями и т.д. Этих считанных процентов хватает и на права, и на ответственность, а при 34% лавина проверок уничтожит МП.

То же самое - по налогооблажению. Частные МП работают по упрощенной схеме, им это выгодно. А стартапам вузов и академических институтов это запрещено. Второй раз обрекаем свои МП на неконкурентоспособность!

- Третья несуразица наших взаимоотношений: владея контрольным пакетом, даже площадь не можем предоставить на льготных условиях, - продолжает Анатолий Кобзев. -. Учреждать, отвечать имеем права, а помочь - ни-ни. Еще хуже - с землей. Неужели в России ее не хватает? Но чтобы оформить земельный участок под какое-то строение надо «колотиться» по инстанциям два года! Наш губернатор В.Кресс землю оформлял под ТВЗ год. Сначала требовалось ее из области передать в казну, потом казна целевым образом выделяла региону, а область - городу. За рубежом такой вопрос решают за неделю, мы - мучаемся год-два. Иностранные инвесторы приходят, помаются по кабинетам… и бросают все, уезжают.

- Думаете, почему на Тайване вузы окружены широким поясом малых инновационных предприятий? Их до тысячи на один университет набирается. Да потому, что создают МП через вузовский бизнес-инкубатор, который является государственной структурой. Новорожденная фирма получает на пять лет освобождение от налогов, на два года - преференции по аренде помещения. Год платит 60% стоимости, на второй - 80%, на третий - 100%. Правда, ее контролируют, каждый год отчеты проверяют. Если, как условились, МП выпускает наукоемкую продукцию - все нормально, стоит отклониться от обязательств - следуют санкции. Вот путь к наукоемкой продукции. А у нас? Правила нашего Госимущества способствуют тому, чтобы конкурс на аренду выигрывали не те фирмы, которые пестовать надо, а те, от которых проку ноль. Нонсенс!

- Поражение в конкурентной  борьбе вузовским МП обеспечивает еще и наш любимый 94-й Федеральный закон, - заметил А.Кобзев. - Представьте, поступает к нам заказ на технику для космоса. Сделать надо быстро. Мы можем, но объясняем заказчуку: сначала «Торги и закупки» комплектующих, тендер… Допустим, кто-то соглашается ждать - мы все-таки профессионалы, каких немного в стране. Объявляем конкурс. А нам по конкурсу предлагают прибор комплектующий …к итайский. Те же функции и цена меньше, но надежность - ниже. А нам в космос посылать. Откажет техника там - позор и разорение. Правила ФЗ №94 в таких случаях не должны главенствовать! Деньги на прибор мы тратим не бюджетные, а фирмы-заказчика. Он нам передает их в оперативное управление, конкретно указывая параметры нужного ему изделия, от которых отступать нельзя. С этим считаться надо!

- Для развития наукоемкой экономики, - говорит Юрий Шурыгин, - требуется стимулирующее налогообложение, а на наши предложения у Минэкономразвития один ответ: «Нет, нет, нет, нам важна стабильность налогообложения». Разве стабильность - цель? Может, цель - развитие страны? Стабильность недоразвитости, как игра в «замри!», кому нужна?

Если всерьез ставить  вопрос об экономике знаний, то надо начинать с основ. А в основе звено-тормоз - НДС, непреодолимый барьер между крупным и малым бизнесом. По существующему положению, корпорации вынуждены платить НДС, обращаясь к услугам вузовского малого бизнеса. Наличие НДС существенно понижает конкурентоспособность законопослушных российских компаний. В США инновационный бизнес развит сильнее, чем в Европе, в том числе и по причине отсутствия НДС. Его можно без ущерба заменить 5-процентным налогом с продаж. Мы считали вместе с производственниками варианты развития с НДС и без. Без НДС наукоемкий бизнес поднимется быстрее.

- Мы можем еще долго перечислять нестыковки, из-за которых инновационной экономики нам ждать не дождаться, - заканчивая разговор, сказали мне в ТУСУРе, - но уж коли вузы, наука ввязались в наукоемкий бизнес, надо учитывать их рекомендации. Модернизация начнется, когда каждый день будем разбирать завалы из бессмысленных правил и предрассудков. Иначе до цели не дойти, тем более никого не обогнать на этом пути.   

Poisk

Похожие материалы по теме