Размер шрифта:
+
Цвет сайта:
Изображения:

Английский для студентов

05 апреля 2007
Интервью с заведующей кафедрой иностранных языков ТУСУР Надеждой Дмитриевной Коваленко.

В ТУСУРе убеждены: специалисты новой формации обязаны владеть иностранным языком

«Читаю со словарем…». Смысл распространенной анкетной записи ни для кого не секрет: что-то когда-то учил, а появится на горизонте друг-иностранец, так кроме стишка про плачущего Вилли, на ум ничего не придет. Между тем, успешный человек сегодня ассоциируется не только с самостоятельным и хорошо поставленным делом. Он обязательно должен владеть хотя бы одним иностранным языком. Для заведующей кафедрой иностранных языков Томского университета систем управления и радиоэлектроники Надежды Коваленко английский язык стал и возможностью коммуникации, и основой ее главного дела в жизни.

- Надежда Дмитриевна, в советское время ТУСУР, в основном, готовил специалистов для военно-промышленного комплекса. Большинство научных разработок также заказывалось Министерством обороны СССР. Закрытость вуза наверняка сказывалась на слабой мотивации к изучению иностранных языков. Сейчас взломан замок на воротах старых стандартов?

- Не только на нашей кафедре, но в университете в целом с приходом новых времен произошла самая настоящая «перестройка». Коснулась она и языковой подготовки: специалист новой формации обязан владеть хотя бы одним иностранным языком. Поэтому в 2000 году была принята комплексная программа, по которой ТУСУР активно начал внедрять новые программы с учетом международных стандартов. Новые требования потянули за собой достаточно большие расходы. Университет обеспечил всем необходимым учебно-методический комплекс: он очень дорогой, кроме учебников, в него входят и видео- и аудиокассеты, руководства к ним, дополнительные упражнения и тесты, учитывающие международный стандарт. От нас соответственно потребовалось их изучение и разработка системы обучения студентов в вузе. Она заключается в многоуровневой программе.

- То есть студент может начинать обучение с любого уровня?

- Учить всех надо по-разному. Это как раз принцип международной системы. Дифференцированный подход необходим, поскольку разброс в знаниях очень велик. Конечно, есть студенты, о которых раньше можно было только мечтать. Их языковая подготовка такова, что они могут идти сразу на третий уровень. Таких ребят примерно двадцать процентов. Но обстоятельства у всех разные: слабая школа или личные способности не позволяют схватывать знания «с лету». Поэтому приходят и такие студенты, которых нужно обучать буквально с нуля. Установка университета такова: каждому поступившему в ТУСУР гарантируется возможность повышения знания языка на один уровень. Если человек пришел с минимальными познаниями, то он будет определен на первый уровень, а если со знаниями второго уровня, то за год он повысит их до третьего. И так далее. Но в течение года 100 % студентов должны обучаться по программе в обязательном порядке. Далее мы уже не обязываем, но каждому предоставляем равные условия для повышения знаний. На второй год обучения на конкурсной основе идет половина ребят, для которой после приказа ректора этот курс становится обязательным. На третий курс переходят 50 % закончивших второй год обучения. Таким образом, на выходе остается 25 % тех, кто поступил на первый курс. Зато это те люди, о которых мы можем говорить, что они владеют иностранным языком, что их знания соответствуют международным требованиям. Это подтверждается и сертификатами с данными об уровне и качестве владения языком. Конкурентоспособность такого выпускника, без сомнения, выше.

- Желающих много?

- Вот уже пятый год, как мы работаем по новым программам. И практика показывает, что 80 % студентов подают заявления для продолжения совершенствования в языке. То есть с переизбытком. Но тут уж нужно бороться за место под солнцем. В этом мы тоже видим смысл. Современному обществу нужны не пассивные потребители предлагаемых знаний, а личности, готовые добиваться цели. Для непрошедших конкурсный отбор возможны альтернативные пути. Например, платные курсы – их сейчас много в Томске, в том числе и в нашем университете.

- Я правильно поняла, что кафедра не только сидит на бюджете, но научилась и самостоятельно зарабатывать?

- Да, у нас существуют платные курсы разных направлений. Кроме того, с 2000 года мы имеем лицензию на подготовку студентов с дополнительной квалификацией «Переводчик в сфере профессиональной коммуникации». Специалист с такой квалификацией может работать с любыми документами, научно-технической и технической литературой, имеющей отношение к его профессии. Естественно, преподается и разговорный язык, чтобы специалист мог общаться с носителями языка. Срок обучения - три года. Эта услуга платная. У нас уже было три выпуска. Результаты таковы, что некоторые из них и работают как переводчики, а некоторые используют полученные знания в своих профессиональных целях.

- А самим преподавателям тоже пришлось перестраиваться? Говорят, гуманитарии – народ, мало восприимчивый к нововведениям…

- В моем представлении «технари» более консервативны. Я имею в виду все-таки оставшееся в психологии некоторых из них представление о том, что язык – дело десятое. Понимаю, что все мы вынуждены думать о первоочередности того, что дает сиюминутный эффект. Это как в семье: если сегодня ботинки порвались, их нужно покупать сегодня, а зонтик купим весной. Но язык выучить – не зонтик купить. На это нужно несколько лет. Когда назревает реальная необходимость в языке, тогда уже поздно хвататься за учебник. Овладение новым языком – это дело, которое не дает моментальных результатов. И мне немного тревожно. По той программе, с которой началась перестройка на кафедре, отдельным пунктом стоит повышение языковой квалификации преподавателей ТУСУРа, в том числе негуманитарных кафедр. Но это единственный пункт, который не выполнен до конца.

Исходя из своего опыта, убеждена, что гуманитарии, наоборот, очень подвижны, нововведения воспринимают легко, с готовностью. В том числе и потому, что у нас на кафедре много молодежи. От моих коллег исходят встречные предложения, иногда даже ломающие традиционные представления. В этом году мы открыли собственный компьютерный класс, от всех без исключения потребовалось умение обращаться с самыми современными программами, тоже специально закупленными, причем из внебюджетных средств, которые, конечно, могли бы пойти на дополнительную зарплату. Понимание необходимости двигаться вперед исключило даже сомнения.

- Однако только на понимании далеко не уедешь. Преподавателей, как минимум, нужно обучить работать по-новому.

- Когда в ТУСУРе была объявлена программа, о которой я рассказала, нашей кафедре не пришлось «изобретать велосипед», потому что мы, открыв в 1997 году школу «Бенедикт», уже работали по международным стандартам. Ее создание получилось не от каких-то высоких задумок, а от отчаяния. Памятное время дефолта стало сложным периодом для страны вообще, а уж вузовским преподавателям от безденежья – хоть бросай и беги, куда хочешь. Это были первые годы моего заведования, мне до того было больно видеть отчаяние женщин, которые буквально не знали, чем кормить своих детей. Тогда и родилась идея организовать Международную языковую школу «Бенедикт». Мы через Интернет вышли на Швейцарию и заключили договор. А когда получили новые книги, новые программы, совершенно не похожие на те, по которым работали в то время, сами удивлялись необычности новых методик. Для нас это все было так интересно, что мы с большим энтузиазмом взялись за новое дело. Школа «Бенедикт» стала испытательным полигоном преподавания по новым программам и источником дополнительных заработков для преподавателей.

- Знакомая картина для многих российских женщин, которым пришлось взваливать на свои плечи проблему заработков, пока мужчины не отстрадают свое бессилие…

- Для справедливости хочу сказать, что при открытии школы помогал мой муж, профессор, доктор физико-математических наук Евгений Сергеевич Коваленко. Он обладал высоким организаторским талантом. Увы, уже пять лет, как его нет, но он считается основателем школы «Бенедикт». Мужской совет, поддержка, часто осуществление таких сложных вещей, как получение документов для разрешения открытия нового учреждения, - очень многое делал он. Но реализовать собственно учебный процесс могли только преподаватели иностранных языков. Первые курсы мы организовали для детей. И неожиданно даже для нас получился прекрасный эффект. Учащиеся с большим интересом работали, результаты были заметными, родители их видели и тоже были довольны. Нам даже не пришлось давать какую-то особенную рекламу. Томск – город маленький, и информацию о реальных знаниях, которые дает Международная языковая школа «Бенедикт», стали передавать из уст в уста. Сейчас в ней учатся не только дети, но и взрослые. У части занятых людей нет возможности отдавать языку три года. А потребность в хорошем его знании высокая. И потому в этом году мы открыли группу интенсивного обучения. Оно тоже строится на многоуровневой основе. Точно такие же строгие требования на входе и выходе. Но все три ступени проходят за один год. Я с большим уважением отношусь к людям, которые после работы три раза в неделю по три часа говорят, читают, пишут по-английски или по-немецки. Значит это кому-то нужно.

- А вы лично испытываете ощущение реализованности?

-В этом году у меня юбилей, и, конечно, в мыслях я подвожу итоги, непроизвольно, порой, думаю о том, успешна ли моя жизнь? Успех, на мой взгляд, это когда совпадет самооценка и оценка окружающих. И если исходить из этого, у меня противоречий нет. Признаюсь, что, по большому счету, я человек нерешительный, потому что не умею идти напролом, высказать свою точку зрения, не соотнеся ее с мнением коллектива, быть убежденной, что она единственно правильная. Мне обязательно нужны глаза людей, соглашающихся со мной. До тех пор, пока я не увижу в них внутренней готовности, я не смогу начать новое дело. В коллективе ведь все разные. Замыслив новое, я начинаю обсуждение с каждым по отдельности, стараюсь почувствовать их отношение, идут ли навстречу, дают ли предложения. Потом чувствую, что наступает момент, когда я выйду на широкое обсуждение и получу обратную поддержку. Чтобы добиться успеха, преподаватели должны быть единомышленниками.

Учитель - работа благословенная. В моей семье по маминой линии все были преподавателями, священниками или врачами. Мои сестры - преподаватели, дочь учится на четвертом курсе факультета иностранных языков ТГУ. И я уже вижу, что она станет неплохим педагогом. Сын живет и работает в Канаде, так что обучение языку в ТУСУРе ему пригодилось, а жизнь, конечно, все усовершенствовала. Она есть движение. А глагол «to be» неисчерпаем, как атом…

Сырова С.
Tomck magazine

Похожие материалы по теме